Я обнаруживаю себя осознанным. Когда это происходит (я имею ввиду, когда мы устремляем свое внимание на себя самого), то в этот момент выполняющаяся программа останавливается и выполнение передается на подпрограмму-эго. Однако, эта подпрограмма на вход получает информацию от предыдущей выполняемой программы. Я каждый раз другое, оно всегда с “послевкусием” от предыдущих программ.

Если я был счастлив, и в этот момент вспомнил, что утерял осознанность, то, обретая эту осознанность вновь (всматриваясь в Я), я будет с оттенком переживания счастья.

Попробуйте! Когда наблюдатель видит себя, то кто-то наблюдает наблюдателя. И это он же сам! Он видит, что этот наблюдатель меняется, не постоянен. Но, тем не менее, есть что-то стабильное, всегда-Я-йное. Что в этих Я общего?

Не важно, когда и где вы вернулись к осознанию. Все – Брахман. В этой точке необходимо продолжать осознание, оно ведет к стабильному Я, Атману. Это только один лишь Атман наблюдает только лишь самого себя и с помощью самого себя. Поэтому, где бы Атман не попытался вернулся к Атману, ему некуда будет возвращаться, ибо он сразу же и есть там. Это высочайшая ценность.

Когда Атман не знает Атмана? Никогда. Это иллюзия. В момент воспоминания, я увижу, что даже когда я был отвлечен, я был Атманом, хоть и не знал об этом, отчего и страдал.

О, Будда! Поклонение тебе!

О, Бхагаван Шри Шанкарачарья! Поклонение тебе!

читать комментарии (0)

Сразу скажу, что у меня есть, конечно, свой взгляд на психоанализ.

Но удивительно! Мы думаем, как людям удается делать такие открытия, о которых раньше – если и подозревали – то уж точно не решались заявлять во всеуслышание. Вытеснение сексуальных желаний сначала из сознания в детстве и по мере взросления из предсознательного есть необходимым условием возникновения проблем. Конечно, уже Фрейду ясно, что не все вытеснения и не у всех индивидов приводят к неврозам. Однако, это не мешает ему сделать свои выводы о вращении большинства психических процессов вокруг сексуальной энергии.

Как это он доказывает? Ну вроде как прямо таки научными методами. Огромная психологическая практика, эксперимент, если хотите, должны убеждать нас в истине утверждений психоаналитиков. Если мы найдем у пациента скрытую область вытесненных сексуальных желаний, о которых он теперь даже не подозревает, то мы должны вывести эту часть в сознание. И, так как это помогает решить проблему (правда часто не на долго), то мы делаем вывод, что причина как раз та, на которую мы указали. Это будет нас склонять в еще большую убежденность в нашей вере.

Ну, это вы все и без меня знаете. А что же я хочу сказать?

А я хочу сказать только то, что сексуальная энергия очень сильна. Это оджас, элемент воды, основа здоровья. И если мы позволим ей циркулировать правильно, то получим избавление от симптомов. Мы в принципе можем использовать любые узлы и зажимы этой энергии, которые были завязаны и зажаты в глубоком детстве или гораздо позже. Т.е. совсем не обязательно, что мы найдем именно ту причину, из-за которой существует настоящий симптом. Скорее всего, такой причины вообще не существует. Их много, целый комплекс. Их все необходимо показать своему истинному я, и не питать иллюзии относительно этичности своей программы.

И больше того, даже среди огромного комплекса может не существовать причины, ведущей к настоящему моменту нашего пациента. Они могут существовать совсем в другой области. Тем не менее, если мы откроем краник оджаса, то получим счастливое избавление. Потому что это очень сильная энергия.

Сильная, но не единственная. Еще существует теджас и прана, которые также циркулируют в наших телах, и также могут иметь скрытые препятствия на своем пути. Теджас – это огонь, принцип воли, намерения.  То стремление к власти, на котором ученик Фрейда, Адлер построил свою теорию есть проявление теджаса. И он тоже находил подтверждения своей теории в практике. У него уже психоанализ стал обретать более общие черты, социальное играет большую роль, т.к. огонь требует больших стоков, приемников, пространства.

Теперь, возможно, вы уже догадались, что прана – это собственно то, о чем говорил другой ученик Фреда – Юнг. Прана – это самая тонкая энергия из всех. Она настолько тонка, что назвать ее энергией не поворачивается язык. Прана – это прана. Именно она является общим элементом, объединяющей всю вселенную. Коллективное бессознательное Юнга – это что?

Итак, мы имеем троих представителей западной психологической мысли с одной стороны и три принципа, изложенные в ведической литературе, которые использовали эти замечательные ученые, с другой. Это разделение так свойственно западной науке, и это единство так свойственно востоку, что даже не нуждается в комментариях. Мы же должны сделать главный вывод. И оджас и теджас и прана должны беспрепятственно циркулировать. Можно использовать ресурсы любого из этих принципов для снятия симптомов любой болезни. Но здоровье, полное выздоровление возможно лишь при всенаполненности, единстве трех.

То, что Юнг бывал в Индии и изучал санскритские тексты – это  факт. Именно ему в большей степени удалось приблизиться. Фрейду же можно сказать спасибо за то, что мы теперь имеем язык, хоть как-то понятный западному человеку. А сексуальность – это, конечно, только часть, хотя и достаточна мощная.

Спасибо тебе, дедушка Фрейд!

читать комментарии (0)

Такой амбициозный заголовок я использую не случайно. Вот уже как десять лет подряд, страдая от этой напасти, мне не удавалось подойти хоть сколько-нибудь близко к пониманию истинных причин. С каждым годом я употреблял все более мощные фармацевтические препараты, общался с людьми, которые “болели” такими же симптомами, изучал медицину этого направления.

Совсем недавно я обнаружил, что небольшой комплекс асан в традиции Лайя-Йоги помогает на час-полтора избавиться от этих симптомов. Почему это происходит?

Последние исследования показали, что при потягивании, ритмичной нагрузке и самогипнозе (то бишь медитации) активизируются стволовые клетки во всем организме. Самое главное – они активизируется в луковичной доле головного мозга. Именно эти клетки станут новыми нейронами, которые смогут исполнять новые программы и помогать старичкам-нейронам исполнять старые. В этот самый момент всё, что необходимо сделать – это переписать ответ программы на внешние раздражения.

Итак, гипноз, медитация. Я просто написал на листке текст и посадил свою супругу возле себя, чтобы она играла роль психотерапевта. Она читала текст, в котором утверждается, что аллергии не существует. Просто программа, записанная в мозгу немного неадекватно реагирует на ситуации. Все раздражители вполне нормальные явления, а симптомы возникают не для того, чтобы я страдал, а для того, чтобы “вспомнить заново” ситуацию. Здесь необходимы пояснения.

Дело в том, что мозг вспоминает таким образом, что каждый раз информация перезаписывается заново. В этом секрет психоанализа, да и любой психотерапии: вспомнил – перезаписал. Вопрос только что ты теперь туда записал…

Ну да ладно, вернемся к аллергии. Собственно, смысл в том, что мы к ней не вернемся, если будем использовать простые упражнения самогипноза или медитации. Попробуйте сами, и вы поймете, что у вас… ничего не получается. Почему? Вы недостаточно уверены в своих словах и мыслях. Нужно зеркало. Как социальный субъект, вы не доверяете своему я полностью. Это вопрос бессознательного – ведь главная проблема симптомов аллергии в том, что они не эстетичны. Сопли, красные глаза, чиханье.

Вы, конечно, можете попросить друга стать вашим психологом на время, предоставив вашему я таким способом модель социума в его лице. Я не знаю, насколько это действенно. Но, лучше пойти к психологу. К любому, которому вы сможете доверять. Придите и попросите его провести с вами сеанс гипноза на тему “аллергии не существует”.

У меня аллергии нет. Прошли все симптомы. Не сразу. Но парадокс заключается в том, что хватило одного сеанса с непрофессионалом. (Правда, профессионал присутствовал, но в виде пациента).

Пока нет достаточных данных для объективной статистики, но, по крайней мере, один пример я вам приведу.

12 августа. В то время у меня еще были симптомы. Одна знакомая, страдающая аллергией, спросила меня, как мне удается справляться с этим недугом. Я, видишь ли, выгляжу молодцом, а она принимает таблетки, но это ей не помогает. (Надо сказать, что больные очень любят свои болезни – они с удовольствием делятся переживаниями с себе подобными и могут часами обсуждать какие-нибудь особенности. Эта внутренняя “любовь” никак не увязывается с внешней агрессией против симптомов и усложняет лечение).

Я рассказал ей, что аллергии не существует, и предложил сеанс психотерапии, на который она согласилась. До гипноза дело не дошло. Она совсем не сопротивлялась тому, что с помощью веры в исцеление можно достичь результатов. Однако, постоянно скатываясь во время анамнеза в область действия – она утверждала главенствующую роль метода. Я же продолжал налегать на то, что никакой аллергии не существует в принципе. Это просто программный глюк, который легко исправить, просто начав думать по-другому. В конце концов, мы сошлись на том, что другое думание – это как раз и есть метод. Каждый раз, при возникновении или ухудшении симптомов необходимо согласиться с ними, и вспоминать о том, что в данный момент программа перезаписывается. А чем она перезаписывается? Тем, что симптомы появляются для того, чтобы мы поверили в отсутствие аллергии, а не в ее существование. Не логично?

На следующий день, 13 августа мы встретились. И у нее и у меня симптомы ухудшились. Конечно, сомнение взяло верх. И мы не повторяли терапию. А она, улыбаясь, предложила мне таблетку. Я отказался и подумал, что у других я еще не могу лечить аллергию. Ну понятно! Я ведь и сам еще не вполне здоров. Я просто продолжил работу с собой в том же духе. (Честно говоря, я не особо напрягался)

15 августа я обнаружил у себя почти полное выздоровление, а 16 августа раздался звонок. Эта знакомая рассказала мне, что уже 2 дня не принимает лекарств и сегодня не обнаруживает никаких симптомов.

Что еще сказать? Пора цветения в самом разгаре. Я свободен от болезни, и моя пациентка тоже.

Я собираюсь теперь уговорить свою сестру и тестя на сеанс. О результатах сообщу.

читать комментарии (0)

Всё будет хорошо!

Человечество входит в золотой век своего развития. 2012 год – переломный момент, когда на смену культу потребления приходят новые идеологии, такие как: духовное развитие и совершенствование, трансгуманизм.

Наука и религия будут постепенно сближаться, человек узнает себя, и мы войдем в эру единства. Это не единство одинаковых существ вида “гомосапиенс”. Это единство в многообразии личностей, светлое родство душ.

Все традиционные религии несут свет. Христианство, буддизм, индуизм, ислам, иудаизм, даосизм и многие другие – всё это разные цвета в единой радуге бытия.

Выбирайте свой цвет. Одному нравится зеленый, другому – синий или белый. Цветов много, но СВЕТ ЕДИН.

Пусть этот свет наполнит наши сердца!

Всё хорошо.

Улыбайтесь!

читать комментарии (0)

Определения диалектики

В качестве определений для начала мы хотели бы привести некоторые моменты, касающиеся именно пределов, в которых существует этот метод. А затем уже вкратце коснемся сути формы и содержания.

1. Ограничение сверху

Диалектика – это предельный ум.

Выше диалектики не существует никакого метода, который можно было бы назвать методом. Выше только саттарка-логика. Но саттарка – это не-логика, ибо логика подразумевает под собой такое показывание связей между объектами, из которого максимально выдернут субъект. В саттарке же, субъект не только присутствует в виде некого наблюдателя – он явно ощущаем как само пространство, в котором происходит оперирование смыслами, и в котором имеют прибежище все объекты. Саттарка не стремится быть объективной, потому что она не нуждается в знании, не стремится что-то оставить для себя, упрочить эгоизм. Она движима одной только верой, исходящей из субъекта, это сам просветленный ум. Ум Будды.

Когда мы действуем спонтанно, не выбирая варианты, не рефлектируя, когда мы не нуждаемся в доказательствах своего существования, то мы находимся за пределами построений ума. Тогда все логики, все методы рассматриваются как игривый способ еще и еще погружаться в обнаженное осознавание. Мы видим, что все это лишь один из вариантов, и только наше сознание может сделать конкретный вариант абсолютным или относительным. Тот, кто действует с позиции саттарка-логики, не просто остановился вне выбора. Такой останов – это тоже выбор, не так ли? Пусть и более совершенный, но это выбор. Нет, он может выбрать вариант, убрать вариант, абсолютизировать вариант, даже найти диалектическое движение от одного варианта к другому, но Он не цепляется за все это. Вернее, Он может даже зацепиться за все это, но Он не цепляется за свое цепляние. Его сознание всегда на шаг впереди, Он перебирает варианты, а не варианты перебирают им. Он и в уме и вне ума.

Что же происходит, когда ум не дает возможности выйти за свои пределы? Все попытки охватить умом блаженство, ясность, пустоту, недвойственность и ясный свет – это не более чем попытка вырастить рога у зайца, тщательно поливая его макушку разными растворами для выращивания рогов. Если рога не растут – нам кажется, что мы выбрали не тот раствор. Нам надо подойти к этому повнимательней, спросить у знающих людей, как им удалось вырастить такие рога. Тогда они нам дадут свой метод. Иногда нам удается вырастить разноцветные, ветвистые, такие стоящие рога, что обзавидоваться можно.

Диалектика – это очень взрослые рога. Мы наконец-то нашли нужный раствор, выполняли все указания, написанные на упаковке от раствора, и  получили сверхметод, позволяющий логически показать даже то, что вера важнее знания. Ну, или что знание важнее веры. Диалектика – это метод доказывать свою убежденность таким образом, что убежденность становится знанием. Этим знанием можно поделиться с другими, оно ценно, но ограничено. Это знание на самом деле есть снятие веры. Это боязнь потерять свою веру, и попытка сделать ее объективной, доказанной, с тем, чтобы иметь ее и впредь. Таким образом, стремясь что-то оставить для себя, мы это что-то теряем, ибо наполняем его объективным смыслом, который находится не в нас. Мы хотим, чтобы этот смысл существовал независимо от нас, от нашей веры. И нам это удается – ведь все, о чем не подумает сознание, то и происходит. В результате мы имеем иллюзию, наделенную нашей энергией. Она впоследствии будет по инерции влиять на наш выбор, а мы будем думать: «Как так! Я ведь совсем другое хочу», – позабыв уже про то, что эта объективность была нами создана, мы ее хотели также, как сейчас хотим иное.

Другое дело, когда диалектика используется для снятия рогов – это самое само! Этим она и ценна для практикующего. «Ты просто использовал неверное размышление». – говорил Даттатрейя своему ученику, – «Используя верное размышление, ты откроешь То». Он просто говорит: выбери себе правильное размышление. Как это? Обыденный ум не может понять, что размышления можно выбирать. Размышления ему кажутся чем-то объективным, независимо существующим – если коммунизм диалектико-логически доказан как историческая неизбежность, то мы к нему придем. Но мы забываем, что даже «точные» науки основаны на вере в свои аксиомы и постулаты. Поэтому, мы действительно выбираем себе суждения. Если верим в коммунизм, мы найдем – уж поверьте – способы доказать его истинность. Но мы-то с вами можем выбрать правильное суждение, позаимствовав его из священных текстов, и затем диалектически показать его незыблемость.  Диалектика – это служанка веры. Ее можно использовать в верном и неверном направлении. Она опасна, весьма опасна! Но осознав ее мощь, мы сможем увидеть ее слабость. Она – ничто перед пламенеющим сиянием Веры. Мы сможем отстаивать свою веру, укреплять ее. В конце концов, когда вивека усилится, мы снимем саму диалектику и перейдем в логику божества – запредельную саттарку, священное мышление.

Итак, сверху диалектика ограничена простым утверждением, не требующим доказательств. Она не может выйти за этот предел, оставшись логикой. Когда она выходит за этот предел, она переходит в сакральный смысл. Диалектике важно, чтобы высказывания имели законные основания. Если мы просто утверждаем, что ничто никогда не случалось, мы не перешли еще в диалектику, а находимся в саттарке.

«Ничто никогда не случалось». Все. Больше не требуется никаких усилий. Все спокойно, ум не шевелится – ему не о чем беспокоится. Просто вера в то, что «ничто никогда не случалось», сама по себе является достаточным основанием. Вера сильна – хорошо, наслаждаемся. Мы вошли в сакральный саттарка-смысл и дальше не идем. Если мы пойдем дальше, значит, наша вера слаба. Если ум колеблется, если спрашивает: «Почему святые утверждают, что ничто никогда не случалось? Это не привычно как-то». Если ум хочет отойти хоть на мгновение от этой безопорной бездны, понять что-то, хочет доказать, если он кричит: «Дай мне еще слов! Дай мне основание, мне не достаточно! Я не могу остаться здесь просто так стоять. Мне страшно, в конце концов! Эта бездна меня затягивает». – Мастер скажет, что именно в эту бездну и необходимо прыгнуть с головой. Остаться здесь – это Оно. И ты остаешься. Ненадолго. Хорошо бы остаться здесь чуть дольше, но карма втягивает тебя в привычный тоннель. Включается ум и анализирует. И ум очень хитер – он-то знает, что в той бездне его не было. Он постарается больше не допустить этой бездны. И это он будет делать разными способами: может присвоить это себе, может испугаться, или просто не придать значения. В следующий раз «ничто никогда не случалось» не вызовет в нас переживания, потому что ум будет тут как тут. Со временем вера может ослабнуть до такой степени, что ум скажет, что мол, плавали, знаем. А что мы знаем? Что у нас на голове рога заячьи выросли, которыми мы небо уже царапаем! Их пора отбросить. Как?

Наш ум всегда находит тропинки, по которым он ходит в «дом правды» за логическими объяснениями парадоксальных ситуаций и высказываний. Эти тропинки – это зачастую вовсе не логичные пути, а простые убежденности. Просто эти убежденности не правильные.

Ум любит логику. Поэтому, если дать уму красивую игру, очень сложную и замысловатую, он будет в нее играть. Как бы он в нее не играл, результат один. Ум проиграет, а поэтому выиграют все, и он в том числе. Диалектическое мышление является этой игрой.

Давайте дадим возможность уму поиграть в «ничто никогда не случалось».

1. Если ничто никогда не случалось, то и самого высказывания «ничто никогда не случалось» тоже нет. То, чего нет, не может быть истиной, ибо чтобы быть чем-то необходимо для начала просто быть. А раз высказывание не обладает бытием, оно не истинно. Оно либо совсем ложно, либо частично ложно.
2. Если высказывание совсем ложно, то истинное высказывание будет «Все всегда случается». Если все всегда случается, то и высказывание «Ничего никогда не случается» тоже случается всегда. Если есть что-то, что всегда случается – оно истинно. Поэтому высказывание «Ничего никогда не случается» истинно.
3. Если высказывание частично ложно, то вариантов очень много: либо «что-то никогда не случалось», либо «что-то когда-то не случалось», либо «ничто когда-то не случилось» и т.п.
4. Какое утверждение истинно? Любое. Одним из вариантов, одним из чудесных выборов нашей теперешней реальности вполне подходит любой из вариантов. Вполне возможно, что они реализованы все. Что я выбираю – вот в чем вопрос. «Ничто никогда не случалось»?
5. Если уму мало, то мы можем продолжить. Допустим, я хочу выбрать два варианта одновременно. Первый и второй. Как мне объединить противоречащие друг другу утверждения «ничто никогда не случалось» и «все всегда случалось»? Здесь нужно напрячься – это основной момент диалектики. Я на самом деле пока не знаю, в чем единство этих противоположностей. Ум видит только их борьбу – одно противоречит другому и все. О чем еще тут думать? А думать можно. Мы должны сконцентрироваться на обоих высказываниях. Что их объединяет? Не думайте, что их ничего не объединяет – их обязательно что-то объединяет. Что? Вера в диалектику дает нам возможность найти единство. Еще раз, почему мы находим единство в противоположностях? Потому что мы верим в то, что единство есть. Вот главный закон диалектики: единство и борьба противоположностей. Иногда тяжело увидеть единство, а иногда тяжело увидеть сами противоположности. Но пока есть ум, он найдет нам все, во что бы мы не поверили. Просто верим в единство утверждений «ничто никогда не случалось» и «все всегда случалось». В чем единство? Необходимо найти максимально конкретное, ближайшее целое. Ум может предлагать варианты: «эти утверждения находятся в уме, значит их объемлет ум. Ум является единством этих утверждений». Это логично, но слабо. Ведь все утверждения в уме находятся. Если мы выберем в качестве единства ум – мы остановимся. Ищем дальше. Нужна конкретность. Может это: «и то, и то является утверждением. Если разберемся с понятием утверждения, то что-то это даст?» Это тоже слишком далекое единство, ведь любое утверждение является утверждением. Мы должны найти такое единство, чтобы оно (по возможности) объединяло только эти два высказывания. Ищем. Нам необходимо сконцентрироваться на каждом из высказываний настолько сильно, что попытаться прожить их. Необходимо выбросить из ума все, кроме этих высказываний. В начале овладения диалектикой бывает трудно найти нужное единство. На поиски могут уйти недели – главное не останавливаться. Чтобы найти общее можно попробовать, как бы окутать одно высказывание другим, и наоборот. Попытаться приложить одно к другому и увидеть границу между ними, войти в суть каждого из утверждений одновременно и выйти из этой одновременности с чем-то общим.
6. Что же у нас получается? Здесь что-то связано с местоположением, пространством, которое объемлет ничто и все.  И время претендует на общность в этих двух. Точнее время не в узком смысле, а вечность.
7. Итак, у нас есть два сложносоставных высказывания, из которых можно выдернуть противоположности: «ничто – все», «никогда – всегда», «покой – движение  (случалось – не случалось)». И мы можем попытаться найти общность в каждой паре, а потом объединить их в общую общность.
8. Ничто и все едино в неком нечто, которое можно назвать сущностью. Вернее, эти противоречия имеют свое общее в любой сущности: в том, что существует, и отличается от иного. Грубо говоря, – это вещь. Если положить границу между пустотой и полнотой, мы получим вещь, ограничивающую изнутри пустоту, а снаружи полноту. Итак, ничто и все – это вещь.
9. Никогда и всегда едины в конкретном моменте времени – не важно в каком. Это не пустой, но бесконечно малый миг. Такую общность можно назвать словом иногда.
10. Движение и покой в данном контексте едины в неком явлении (бытийствовании, существовании), в указании на себя. Случалось – не-случалось, случилось, случается. Здесь время схвачено вещью. Вещь как бы присвоила время себе, и потому именно эта вещь случается или не случается.
11. Если теперь синтезировать утверждение из этих общностей, то мы можем получить несколько утверждений:
    1. Любая сущность (или вещь) существует (бытийствует) лишь короткий бесконечно малый миг.
    2. Всякая вещь, хоть изредка, существует.
    3. Для любой вещи обязательно найдется место и время.
    4. Есть место и время, где нет этой (конкретной) вещи.
    5. Мы синтезировали два противоречивых высказывания и получили несколько похожих высказываний. Можно выбрать любой из вариантов. Мы можем не показывать все эти варианты, если нуждаемся в каком-то конкретном. Это выглядело бы логично. Так, например, поступали марксисты, выводя коммунизм как историческую неизбежность. Диалектика у них была, просто они показали не всю диалектику, а ту, в которой нуждались. Мы тоже могли бы «прикинуться», что объединение тех утверждений дает только лишь высказывание a).
    6. Можно продолжать, а можно остановиться – все зависит только от вашего выбора, какова наша цель?

Диалектика не является чем-то жестким, формальным, ставшим – это живость, текучесть и подвижность. Ум не сможет насытиться этим движением. Это движение не боится парадоксов – оно любит их. Но вот вопрос: если все это логично, то и выбирать нужно  всегда все варианты? Конечно! А что произойдет, в таком случае, со всем этим «объективным» миром? Мы придем к выводу, что любое высказывание ложно, а истина может быть только в единстве всех высказываний. Но это ведь значит «ничто никогда не случалось»! Потому что любая конкретная вещь не существует – она ложна. Истинно только единство!

Подведем итоги по первому пункту. Диалектический метод ограничен сверху верой, выбором субъекта. Превосхождение диалектической логики – это саттарка-логика, поэтому диалектика – это предельный ум.

2. Ограничение снизу

Диалектика – это венец логики.

Если убрать в диалектике необходимость преодоления парадоксов, мы получим простую формальную логику. Когда высказывание A противоположно высказыванию B, то одно из них истинно, а другое ложно, и третьего не дано – такова одна форма. Но кто нам мешает выбрать другую форму? Учебник по логике? Здравый смысл?

Если A является жестким и полным отрицанием B, то наложив A на B, мы получим пустоту, ведь так? Ну, чтобы мы не получили, мы должны будем как-то назвать это новое. Например, C.  Потому что если мы даже ничего не получим, то это «ничего» тоже можно обозначить. Поэтому мы обозначили его как C. Любая формальная логика говорит о том, что C появиться не может. Фактически, отсюда вытекает теорема Геделя о неполноте или противоречивости любой формальной системы. Неполнота формы в том, что она исключает появление нового. А это означает исключение пустоты. Но как только форма включает в себя пустоту, она становится противоречивой.

Почему появление нового означает необходимость наличия пустоты? Потому что если новое действительно новое, то оно займет место пустоты, когда появится. И еще потому, что это новое может появиться только из пустоты. Ведь если это новое появится не из пустоты, а из чего-то, что уже есть, то это новое будет частью того, что есть. Разве это новое? Такое новое не ново – оно лишь название для одного из частей старого, этим названием можно пренебречь. Именно пустота лишает форму объективности.

Формальная логика обманывает ум. Как получается? Мы хотели иметь что-то для себя: жесткое, логичное, формализованное, чтобы в любой момент достать это из кармана и использовать. Как вдруг в один прекрасный момент мы обнаруживаем, что карман пуст. Это приносит нам снова и снова страдания. Но мы-то помним, что мы в него положили. Как это происходит?

Допустим, мы получили новое переживание (неважно какое, умственное, духовное или физическое). Наше состояние в этом переживании на самом деле неописуемо, но эго хочет продлить наслаждение. А что такое продлить? Продлить настоящее – это убить его. Мы испытываем истинное состояние именно тогда, когда не пытаемся в него попасть. А когда мы пытаемся продлить что-то, на самом деле, объективность этого уничтожается, и мы получаем ложь, псевдообъективность. Все, что мы называем объективностью в этом мире, является псевдообъективным. Эго схватывает мгновение, держит его для себя, не отпускает. Оно присваивает себе этот опыт, останавливает. Ум начинает анализировать, пережевывать, выстраивать логические цепочки, прокладывать дороги к этому событию. А в это время само событие уходит из этого места.

Выпадение таково:

1. [Брахман]. Ничего не происходит. Свет. Пустота. Блаженство. Все возможности одновременно произошли.
2. [верховные Боги]. Спонтанный выбор одного или нескольких вариантов. Если здесь не пойти за умом, то возврат в п.1.
3. [Боги, Сиддхи, Джняни]. Состояние уровня саттарка, субъективное понимание случившегося варианта. Просто вера, без знания. Нет необходимости знать, как достигнуть блаженства. Блаженство происходит само из веры в него. Если здесь не пойти за умом, можно вернуться в п.2.
4. [Верхние миры сансары]. Если же мы боимся утратить это, мы (слабой верой в то, что это не может быть потеряно) порождаем знание, пытаемся найти опору. Субъективное понимание стремится стать объективным, сделать опыт истинным, вечным. Это диалектическое рождение объекта (собственно диалектика). Если остаться в осознании того, что субъект и объект – диалектические противоположности, то мы можем вернуться в п.3., где они оба находятся в единстве, которое в субъекте, в сознании, в вере. Диалектика может, воспользовавшись своими же инструментами, снять саму себя. Тем самым это будет указанием нам на источник, на субъективную веру, без опоры.
5. [Средние миры сансары]. Если же породив объект, мы следуем за ним, то это формализм. Получив объект, субъект уже полностью забывает себя, и для него существует только форма. Только знание, не-вера. Если здесь он сможет осознать, что содержанием этой формы является сам субъект, то формализм снимется и субъект вернется в п.4.
6. [Нижние миры сансары]. Полное безверие, субъект исчезает в объекте, хотя желает его. Он его желает, но не видит его, и сильно страдает. Поэтому и субъекта здесь нет. Только тьма. Страдание. Неведение. Куда от сюда можно попасть? Только в п.5., где субъект, скорее всего увидит объективность страдания, и снова впадет в п.6.
7. Когда же он сумеет, попав в п.5. преодолеть объективность, у него есть шанс спастись даже из ада. Но это очень тяжело. Можно сказать, что только наше сострадание может помочь этим существам.

Желание остановить движение, накопить – это нижнее ограничение диалектики. Она не останавливается подобно формальной логике. Только вперед и вперед! Формальная логика является частью диалектики, а диалектика – это ограничение саттарки.

Диалектика утверждает, что если есть противоположности, то есть их единство, в котором истинны оба. Обратное утверждение тоже истинно: в едином можно найти противоположности. Это значит не то, что противоположности там есть в реальности, а именно то, что их там можно найти. И в тот момент, когда мы их найдем, они обретут реальное бытие. Но диалектика не акцентирует внимания на субъекте, и претворяется так, будто бы эти противоположности там были всегда, а мы их лишь вскрыли. Это создает иллюзию абсолютности умозаключений и некой независимости от субъекта. Опять-таки, можно стать на любую сторону, дело ваше. Главное – понимать, что диалектика не формальна, она сверхформальна. Когда для движения необходима пустота, она включается, а когда в пустоте нет нужды – она игнорируется.

По сути, аксиома диалектики – это единство и борьба противоположностей. Все остальное: закон отрицания отрицания, закон перехода количества в качество и т.п. – это все теоремы, они легко выводятся (см. п.3).

Пока ваша логика не встретилась с парадоксом, диалектика не нужна. Что ей делать? Ни с того ни с сего начать плодить новые сущности? Его величество, план?! Нет, так не пойдет. Есть формальная логика, она необходима для того, чтобы ходить из пункта A в пункт B. Пока вы ходите из одного пункта в другой, и ничто вас не тревожит – прекрасно. Но если вам скажут: «Вот вы всё ходите. То из A в B, то из B в A. Но не проще ли вам ходить сразу в двух направлениях?» Это противоречие. Вы ведь один, как вам одному ходить одновременно в разных направлениях? Здесь формальная логика пасует, и диалектика тут как тут. Если вы попытаетесь объединить два противоположных направления, вы найдете ответ. Даже не сомневайтесь, он есть.

3. Законы диалектики

Исторически, в диалектике выделяют три основных закона:

1. a. закон единства и борьбы противоположностей,
2. b. закон количественно-качественных переходов,
3. c. закон двойного отрицания (отрицание отрицания),

Можно еще придумать (или выявить) какие-нибудь законы.

Аксиомой диалектики является только a). Это вера в то, что в любом единстве можно найти противоположности. А также вера в то, что любые противоположности имеют единство. Причем, что касается первой (в любом единстве можно найти противоположности) половины закона, то она является более субъективным фактором, чем вторая половина. Из-за того, что имея одно, необходимо найти как минимум два новых, составляющих это одно. А, уже имея два, найти единство проще. Это не говорит о том, что поиск единства чисто объективный процесс. Просто он (смешно говоря) в два раза объективнее. Поэтому доказывать абсолютную точку зрения перед теми, кто стремится всей душой к единству, проще, т.к. тебе необходимо объединять. А придерживаясь относительной точки зрения необходимо разъединять.

Я попытаюсь показать, как из первого закона выводятся остальные. К тому же это красивый пример применения диалектики:

В нашем случае диалектическое движение начинается с тезиса о самой аксиоме: противоположности А и В едины (форма АВ). Если противоположности едины, то их не просто объемлет что-то, а внутри их самих такое содержание, которое не отлично одно от другого. Т.е. А и В формально различны, но, по сути, они едины. Ведь если они различны по сути, то единство невозможно. Или еще так можно сказать: любое отличие одной вещи от другой иллюзорно, формально. По содержанию своему они есть одно, а значит, форма пуста, различия нет. Однако, пустота не может выступать чем-то позитивным, т.к. нет самой пустоты. А раз пустоты нет, то пустота тоже формальна. Пустота рождает форму, и значит, различие есть. Это доказывает тезис о том, что в единстве можно найти противоположности, и кроме того, это обнаруживает закон отрицания отрицания. Пустота отрицает форму, а потом отрицание пустоты обнаруживает снова форму.

Эта вновь обнаруженная форма уже может отличаться от первоначальной формы АВ (до снятия). Мы увидели единство. И так как единство – это целая мандала, в ней можно найти другие варианты противоположностей. Но, допустим, мы выбираем те же (А что? – имеем право, зачем плодить новые сущности?). Тогда форма возвращается к себе самой, в точности такой же, как она была. И так мы можем по кругу снимать форму, и снова снимать само снятие формы, получая много раз одну и ту же форму. Если мы зададим себе вопрос, а сколько раз мы будем так поступать, то мы обнаружим, некое количество, пульсацию, частоту, спанду, постоянное повторение одного и того же процесса. Мы не ответим на вопрос «сколько», но некое количество обнаружим. Это количество уходит в бесконечность, в дурную бесконечность (по-Гегелю). И так может продолжаться очень долго, пока сознание не заметит, что оно занимается глупостью – оно убирает форму лишь для того, чтобы вновь утвердить саму же эту форму. Зачем это нужно? Чтобы утвердить истину формы. Ну вот, мы уже достаточно повторили одно и тоже, мы видим, как снятие формы лишь утверждает ее. Все, хватит уже повторять, просто пользуемся формой, считая ее истинной. Таким образом, количество снимается, и переходит в качество. Где мы увидели качество? Качество в том, что форма, все время оставаясь той же самой, в конце концов, стала иной. Форма АВ обрела качество быть более истинной, более объективной. Это переход количества в качество.

Можно видеть, как закон «отрицание отрицания» явился снятием простого утверждения, затем закон «перехода количества в качество» явился снятием закона «отрицание отрицания». И мы вновь правомерно задаем себе вопрос о количестве. У нас есть какое-то новое количество, которое объемлет сами законы. Сколько их, этих законов? Этот вопрос уже далеко отстоит от изначальной формы. Это количество уже не изначального изменения формы, а формы изменения формы. И тут мы видим, наконец, как у нас родилась совсем новая форма, очень отличающаяся от изначальной. Эта новая форма – это новое качество.

Смотрите, как только  АВ обрела качество быть истинной, сразу возникла истинно новая форма, не АВ, а какая-то другая (допустим форма С). Таким образом, качество переходит в количество, потому что у нас теперь две разные формы.

Но это новое количество уже не дурное, ибо всякий раз, при прохождении по этому пути оно даст новую форму. Т.е. повторение одного и того же в этом случае не даст одно и тоже. Это повторение – не повторение. Мы подошли к мере повторений, где форма опять-таки исчезает, но уже полностью, переходит в абсолютно новое. Мерой развития одной формы является возникновение иной формы, такой, что изначальная форма полностью исчерпывается, переходит в пустоту. Это закон меры (я придумалJ).

Если мы будем продолжать, то обнаружим такую мысль, что диалектика – это одна из возможных форм. Ведь вот она, выше вся полностью изложена, и некоторым образом формализована. Это запредельная сверхсложная форма, но все же, форма. А если это форма, то по закону диалектики, она существует до определенной меры, и рано или поздно тоже исчерпывается и переходит в совсем иную форму, полностью отличную от себя. Т.е. диалектика снимает в конечном итоге саму себя. А раз диалектика – это предельная форма, она почти пустотна, почти субъективна, то снимается она в субъект. Предельное знание переходит в веру, в мистический смысл, в саттарку. Это закон перехода диалектики в саттарка-логику (это сама диалектика придумалаJ), переход в полное отсутствие форм. Отсюда можно сделать вывод, что диалектическое мышление есть метод освобождения, достижения джняны и мокши.

Вернувшись к нашей аксиоме (форма АВ) мы видим, что аксиома о единстве и борьбе, в полном опровержении самой себя утверждает саму себя. Ведь с помощью борьбы мы пришли к единству, и закончили саттаркой, где вопрос о истинности или объективности снят. Т.е. из уровня саттарки, мы можем просто верить в любой вариант, и он становится абсолютным. А так как объективное движение диалектики утверждает конечной истинной именно саттарку, то вера превосходит знание. Таким образом, первая аксиома – это не аксиома, а тоже теорема, которую мы доказали.

Следовательно, диалектика абсолютна, ибо у нее аксиом нет, она дана априори. Кем?..

…МнойJ

4. Применение

1. Как философский метод исследования, диалектика показала себя исторически в самом лучшем свете. И это касается не только западной мысли, в рамках которой творили Сократ, Платон, Плотин, Кант, Гегель, Соловьев, Лосев и другие. Если тщательно проанализировать восточную философию – даосизм, йогу, буддизм (являющиеся более древними по сравнению с западными течениями) – мы заметим ту же (и даже превосходящую) диалектику. Почему получилось так, что мы не имеем выделенной в отдельный формализм этого метода на востоке? Да просто потому, что не было разделения и в самой логике. Ведь и на западе, до выделения формальной логики Аристотелем в отдельный класс, никто не разделял диалектику на диалектику и формальную логику. К тому же на востоке, вместо попыток разделения всегда существовало стремление к единству, цельному знанию.
2. Диалектику можно искусно применять в споре. Когда оппоненту кажутся логичными его построения, попробуйте сначала найти в одном из его утверждений две противоположности, которых из-за сияния целостности не заметно. Далее необходимо подыграть оппоненту таким образом, чтобы он начал углубляться в конкретику, и коснулся вскользь хотя бы одной из найденных вами противоположностей. Так вы перетяните потихоньку его на свою землю. В идеале, если вопросы задавать правильно, оппонент сам придет к парадоксу, вам не нужно будет ничего утверждать. Когда его точка зрения будет разрушена, можно будет показать новое единство, которое уже будет утверждать вашу точку зрения.
3. Искусственный интеллект. Будущие квантовые компьютеры будут оперировать диалектикой, т.к. суперпозицию состояний кубита можно понимать как пустоту. Это еще не предельный уровень пустоты, за которой недвойственность и ясный свет, но она подойдет в качестве источника новых форм. Это уже настоящий интеллект, он сможет открыть внутри себя саттарку как пустоту указующую на саму себя. Такое обязательно произойдет внутри искусственного интеллекта благодаря диалектическому исследованию квантовой запутанности.
4. Йога. В частности, анава-йога. Попробуйте найти диалектическое единство формы и пустоты, или тождества и различия, или задайте себе даже такой вопрос: «В чем единство таких логических операций, как И и ИЛИ» – вы поймете, что концентрация нужна серьезная. Когда достигается единство, ум на время окунается в недвойственность. Если часто это делать, то количество перейдет само собой в качество: был ум, станет не-ум, сама недвойственность, или самадхи. Найдите главные противоположности внутри какой-нибудь категории. Например, дхьяна. Что такое дхьяна? Диалектика говорит, что внутри любого понятия есть (или можно найти) противоположности. Сможете мирянину (который думает, что йога – это стоять на голове день и ночь) объяснить, что такое дхьяна? А ведь это очень просто. Надо найти противоположности, каждая из которых понятна собеседнику, и показать их единство. В процессе поиска противоположностей любое понятие ощущается как смысловая мандала, в центре которой само единство (это понятие). Удаляясь от центра, занимают свои места сопряженные понятия – божества свиты, и на периферии находятся «гневные божества», т.е. отрицательные по отношению к центру понятия. Они воспринимаются самим центром как необходимое дополнение, а с периферии выглядят противоречащими центру. В процессе возникновения в уме сначала из пустоты появляется вся мандала, а вы выбираете только одно или несколько божеств из этого. Чем выше вивека, тем более долго и ясно вы можете удерживать цельность, и черпать по мере необходимости из этой цельности новые категории или качества. При этом вы понимаете, каким образом части фрактала есть сам фрактал, и можете показать это другому человеку (что удивительно) словами. Именно, словами! Этому можно научится!

читать комментарии (3)